Великая Отечественная война и внутриотечественная «спецоперация» (ч.1)

Декоммунизатор возложил цветочки к могиле Неизвестного солдата. Декоммунизатор поныне считает себя наследником Сталинской, то есть большевистской победы? Нигде не жмёт в понятиях? Сталин ведь напутствовал солдат и ополченцев в день запрещённого им, Декоммунизатором, праздника, 7 ноября 1941 года — с мавзолея Ленина, который нынче прячут 9 мая, как национальный позор… А как напутствовал? «Под знаменем Ленина — вперёд, к победе!» Того самого Ленина, которого Декоммунизатор если и упоминает, то чуть ли не как уголовника, лишившего Расеюшку тысячелетней государственности и «исконных» областей — хотя на момент 1917-го эти области были в немецкой оккупации…

А ведь Декоммунизатор и сам начал свою спецоперацию в 4 утра 24 февраля — неужели не подумал про исторические аналогии? Да конечно подумал, всё понимал, надеясь — «а у меня-то выйдет!». И надежда на блицкриг была у него вполне та, 1941 года, когда его малая родина, Ленинград попал в блокаду быстро.

Да вот и у него не вышло, увяз, ельцинского наследственного триколора над майданом в Киеве не поднял…

Новые, подлые междоусобные события — стирают память о Великой Отечественной с обеих сторон, хотя украинцы и нынешнюю СВО воспринимают со своей стороны как защиту отечества, потому так стоят твёрдо, мобилизация там всеобщая, а не контрактники (по 220 тысяч за живого и семь лямов за мёртвого). Национал-патриоты с обеих сторон смеются: ну где тут место вашему советскому патриотизму, вашей Советской родине, где Украина с Россией вместе? Заткнитесь уже, «страдающие гражданством СССР»!.. А вот для этих скептиков мы и вспомним, чем был для социалистического отечества нашего день 22 июня 1941-го, каким он был. Начнём издалека, из художественной литературы.

…сорок первый год был зелёным, симпатичным и домашним — по тем же причинам.

У Глушкова была увольнительная на сутки, и он ночевал у Вари. Колю положили спать в горнице, им никто не мешал. Они уснули перед рассветом, истомлённые. Глушков пробудился оттого, что кусали блохи, в зрачки бил солнечный луч и дребезжало-позванивало оконное стекло — вдали глухо погромыхивал гром.

В Лиде вёдро, по откуда-то, наверное, идет гроза. Блохи же в Лиде звери, нигде больше пет подобных и в подобном количестве.

Он высвободил из-под Вари свою затекшую руку, повернулся на спину, почесался — звери, звери, всего искусали. Варя свернулась комочком, простыня над её грудью колыхалась, в подглазьях синели круги, у рта залегли мелкие морщины, в рассыпанных по подушке волосах белели сединки. Если приглядеться. А если не приглядываться, то все волосы каштановые. Лучше не приглядываться. И к ней, и к тому, что завязалось и никак не развяжется между ними, — угарное, не совсем чистое и начинающее тяготить.

Его, но не Вареньку. Варенька, Варя, Варвара Артемьевна…

Она почмокала во сне, простонала протяжно и гортанно, как это она умеет. Во дворе прокукарекал петух, залаяла собака, заплакала девочка. Продолжало погромыхивать — при солнце. За дверью раздались лёгкие шаги, в неё толкнулись, и она отворилась.

И Глушков сперва спохватился — не закрыли на крючок? — а после уже услышал слова вбежавшего в комнату Коли:

— Война! Что вы тут спите? Война! Дядя Евдоким сказал!

Так и запечатлелось: радостно-возбуждённый мальчишка, конопатый, большеротый, с вихром на макушке, мальчишка, который возвестил о войне.

Олег Смирнов, «Эшелон», гл. 16 — «Город Лида»

Вот из этой утомившей постельки «разведёнки» — сразу в бой. Яростная, резкая, несправедливая и беспощадная война — война идеологий и систем. И так было для миллионов советских граждан, которых Третий рейх в угаре наступления и безнаказанности всех записал в «унтерменши». Сомнений не было ни у кого, что это за война. Отечественная — то есть всеобщая. Сталин потом добавил, когда уже под Москвой стояли враги — «истребительная». И слово сдержал, но позже всё же гуманнее стали — военнопленные просто отрабатывали на стройках, и немало построили даже в Москве. В этом была всё та же гулаговская философия, столь ненавистная либералам и апологетам частного собственничества («большевики использовали рабский труд заключённых!» — нет, господа, это вот работавшие немцы как раз хотели сделать ваших дедушек и бабушек рабами, что и отрабатывали для социализма ИНТЕРнационального). Советское, наше — поломал-повзрывал? Теперь новое будешь строить, по нашим, а иногда и по собственным проектам — социалистический труд отрезвляет и вовлекает в мирное будущее…

Но теперь о главном, из личной, семейной нашей истории. Маме было три года всего, но начало войны она помнит хорошо: и как прятались от бомбёжек в метро «Кропоткинская» и «Маяковская», и как ей казался ржавый агрегат для подогрева вара во дворе в Малом Лёвшинском переулке — сбитым-подбитым немецким чудищем-машиной, она ведь не видала ещё военной техники.

Война, первый удар которой пришёлся как раз на Украину и Белоруссию, — диктовала темпы эвакуации, и в августе моя бабушка, взяв обеих дочек своих и детей большой семьи Былеевых, поехала в Куйбышев-Спасский (Спасский — это старое название города на Волге, был такой, сейчас он затоплен). Это нынешний Татарстан. Прибыли из Куйбышева в деревню Лаишево, в колхоз имени Тельмана, и даже успели поработать старшие в нём за трудодни, на сборе урожая! Поселили в свой дом татары — Гата Сиразетдинович, добрый хозяин и отец, дал комнату на втором этаже бывшего господского особняка, чтоб девочки-москвички и один маленький москвич (мой дядя) были у печки, на более прогреваемом этаже. Мама сцарапывала побелку с печки и украдкой ела — не хватало кальция растущему организму…

Казалось бы, а как же национальное? «Мой дом — моя крепость»? Ну, вот те, кто пытается и Победу и Великую Отечественную приватизировать сугубо по российскому адресу — наверное, удивляются? Кто использует слова «укры», «укропы»… Им удивительное дело, наверное, как же так — татары приняли москвичей? И украинцев принимали, и всех эвакуированных — везде, включая Сибирь, и быть не могло национального взаимонепонимания, потому что удар был обрушен на всю страну, на весь советский народ. И не будь этот народ большой семьёй, не будь в нём коммунистических негласных, но прочных законов этой большой семьи (как и в нашей, былеевско-таборкинской), — невозможна была бы Победа. Про которую не даром спето — «одна на всех».

Теперь же итоги той Победы — пытаются порубить точно так же, как рубили социалистические заводы в ходе приватизации. Порубить по национальному признаку, разогнать по национальным квартирам. И цветочки на мемориалах не помогут — триколорным власовским Zиг-загом перечёркнуто именно ОБЩЕЕ в Победе. Частное побеждает и тут, пресловутое русское оружие…

Вам скажут «питерские», оправдываясь, «они первые начали» — да, в маргинальных масштабах начали, маршировали-зиговали, но вы-то уже в государственных продолжили! Вы же хвастались своими навыками шпиёнов-разведчиков, спецагентов-резидентов, вы же мстили успешно экс-фэсбу Литвиненко, а потом и менее успешно Скрипалю с помощью ваших ядов — так кто же мешал точечную неонацистскую заразу точечно и устранять? Внедряться и работать, как работали например кубинцы в США — успешно! Они много терактов на своей родине предотвратили так, из Майами — знаменитая «кубинская пятёрка»…

Нет, проще слоном в посудной лавке, конечно. Как итог — вопрошающие взгляды ветеранов той, Великой Отечественной войны — да как же вы могли ТАК с нами поступить? Наше же, часто нами разработанное, прежде едино-советское оружие — обратить против нас? Бить по нами отвоёванной, очищенной от немецко-фашистских захватчиков земле?

Совсем другая сила, нежели нынешняя диктатура буржуазии в РФ, руководила обороной (ГКО) и контрнаступлением в той войне — сила партийная, сила идейного сплочения и организационной чёткости. ВКП(б) взяла на себя всю ответственность в ведении войны и все рычаги управления фронтом и тылом. К концу 1942-го каждый второй коммунист СССР — сражался на фронте. Неприятная статистика для Путина и Мединского, с их «Спасти Москву» иконкой… Как это происходило, можно посмотреть вот в этом фильме 1974 года. «Раз дошло дело до войны, всё должно быть подчинено интересам войны» (В.И.Ленин).

Вторая часть документального фильма и размышлений-сравнений — завтра!

Дмитрий Чёрный, гражданин СССР

На верхнем фото — Харьковская область, Бугаёвка (Революционное), школьный музей Великой Отечественной.


Материалы по теме:

День Победы в период невойны

Мрачный и безлюдный Первомай

Антифашизм как прикрытие империализма

Одесский Антипервомай и «возмездие» за него

Крылатые ракеты над Киевом. ОдобрямZы, очнитесь!

6 thoughts on “Великая Отечественная война и внутриотечественная «спецоперация» (ч.1)

    1. да уж, двойная скорбь — ибо не удержали отвоёванное, а корпоративное государство — по нашу сторону, кстати… от 22-го до 24-го оказалось близко. «ровно в четыре часа»

    1. да, основное будет во второй. за материалы — как всегда СПС!.. «какая кухня — такая песня»))

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *