Преодоление коммунистической многопартийности или тактика единого фронта?

Сегодняшние дискуссии внутри российского комдвижения и поиск оптимальных форм взаимодействия оказываются удивительным образом зарифмованы со спорами столетней давности, ведшимися внутри Коминтерна под идейным лидерством Советской России. Напомню, если в 20-е годы лидеры Коммунистического Интернационала настаивали на кристаллизации единых национальных компартий и их большевизации, то к середине 30-х годов международная ситуация диктовала необходимость укрепления антифашистских фронтов.

2019 год ознаменовался важным для российской коммунистической оппозиции и всей российской левой событием — две заметные на политическом поле непарламентские коммунистические партии провозгласили курс на объединение. Одна – старейшая компартия на постсоветском пространстве, Российская Коммунистическая Рабочая Партия (РКРП) The Russian Communist Working Party — Revolutionary Party of Communists, другая — самая молодая из российских компартий, Объединённая Коммунистическая Партия (ОКП).

Российская коммунистическая оппозиция отличается многоликостью и дробностью, но автор исходит из того, что крупных компартий на данный момент четыре: парламентская и самая крупная КПРФ, полупарламентская «Коммунисты России» и две непарламентские, РКРП и ОКП. Автор также исходит из того, что коммунистическая многопартийность в постсоветской России возникла и развивалась в ходе объективных исторических обстоятельств, и является вполне закономерным явлением: как правило, в тех странах, где одна коммунистическая партия, она же и обладает монополией на власть.

Стратегическое объединение, курс на которое практически одновременно объявили съезды РКРП и ОКП, стало предметом широкого обсуждения в левой среде, сразу обретя как своих «скептиков», так и своих «болельщиков». Не секрет, что, невзирая на принятые в результате демократических процедур решения, и внутри самих партий — потенциальных партнёров по объединению — существуют разные настроения, и решения, хоть и приняты большинством голосов делегатов съездов, отнюдь не были монолитными и консенсусными. Многие коммунисты полагают, что более эффективной и политически оправданной в нынешней ситуации кризиса партийной системы в целом и левого движения в частности была бы тактика единого левого, коммунистического фронта, заключения союзнических соглашений между партиями, соглашений о единстве действий и т.п. Другие, наоборот, считают, что опыт Форума левых сил, громко заявившего о себе в начале 2010-х годов, оказался неудачным: рыхлая, аморфная структура Форума позволила антикоммунистическому буржуазному государству расколоть даже такое нежёсткое объединение коммунистов и левых, используя метод «кнута» и «пряника» — запугивания и репрессий против наиболее твёрдых оппозиционеров и заигрывания и даже подкупа наименее радикальных и принципиальных участников Форума.

Атмосфера жёсткой политической реакции, воцарившаяся после так называемого «Болотного процесса» и разгрома наиболее дееспособной части российской политической оппозиции, и отсутствие опыта работы в таких условиях предопределили неуспех Форума и его постепенное исчезновение как самостоятельной и значимой площадки для консолидации левого крыла оппозиции. В то же время, хотя политический кризис и пагубно сказался на состоянии и деятельности буквально всех без исключения российских коммунистических партий, ни одна из них не прекратила существования.

Объединенная Коммунистическая Партия, чей учредительный съезд прошёл в марте 2014 года, за короткое время создала региональную сеть партийных комитетов, выступила инициатором создания Антифашистского штаба помощи народным республикам ДНР и ЛНР, обросла широкой сетью международных контактов. Было бы наивным полагать, что декларированный двумя партиями процесс объединения будет линейным и беспроблемным, тем не менее, следует откровенно признать: за полтора года, прошедшие после съездов обеих партий, РКРП и ОКП достигли весьма скромных успехов, и было бы большим лукавством обвинять в этом внешние силы и внешние обстоятельства. Для того, чтобы проанализировать причины объективных и субъективных проблем и трудностей, с которыми они столкнулись, следует оценить, с чем, собственно, обе партии подошли к объединению.

Ни ОКП, ни РКРП на сегодняшний день не обладают региональной структурой, позволившей бы им стать партиями федерального уровня. Дело не столько в наличии региональных и местных отделений в большинстве субъектов федерации (у ОКП, например, они в половине российских регионов имеются), сколько в том реальном политическом влиянии, которое партии могут оказывать на общероссийскую и региональную политику. Обладая весьма скромными медиа-возможностями и практически не обладая хоть сколько-нибудь устойчивой материально-технической базой, влиять на текущую политику весьма затруднительно.

Что до членской базы, то костяк большинства региональных структур РКРП, существующей с осени 1991 года, формировался ещё в 1990 – начале 2000-х годов; отделения ОКП, напротив, сформированы в последние годы (примерно наполовину из бывших членов КПРФ, сознательно вышедших из зюгановской партии или исключённых из неё), но применительно ни к одному региону нельзя говорить о наличии разветвлённой структуры городских и районных комитетов ни у той, ни у другой партии, а региональные отделения представляют собой обычно немногочисленные группы активистов. Наличием сотни и более активистов обеих партий могут похвастаться лишь две российские столицы, Москва и Санкт-Петербург, в других регионах партийные отделения меньше.

В целом ряде регионов отделения ОКП и РКРП весьма активны, и их деятельность на слуху, тем не менее, возможностью на равных конкурировать с системными партиями они не обладают. Кроме того, отсутствие государственной регистрации (ОКП пока так и не удалось выиграть затяжную борьбу с Министерством юстиции, которое многократно отказывало партии в юридическом признании, РКРП была лишена регистрации в судебном порядке уже несколько лет назад, а недавно регистрации лишили и запасной интерфейс РКРП — РОТ ФРОНТ) не позволяет обеим партиям самостоятельно участвовать в выборах как избирательным объединениям.

Представители ОКП и РКРП имеют возможность баллотироваться в качестве независимых одномандатников (там, где это возможно), либо договариваться с другими партиями о выдвижении от них, что означает лишение обеих партий политической субъектности в ходе избирательных кампаний. Организационная слабость региональных структур обеих партий служила одним из аргументов в пользу объединения — при грамотном подходе может получиться эффект взаимодополнения. Но, как гласит восточная пословица, если сложить вместе несколько кошек, совсем необязательно получится тигр. У партийных организаций РКРП и ОКП на местах есть опыт взаимодействия, где-то более удачный, где-то менее, но синергетический эффект неочевиден.

Между тем, у обеих партий есть опыт интегрирования представителей общественных и гражданских движений, марксистских групп, профсоюзов, молодежных организаций и даже протопартий на индивидуальной и коллективной основе. Так, например, в состав ОКП на разных этапах вливались Революционная Рабочая Партия (РРП), РКП–КПСС, движение «Трудовая Россия», Новое Коммунистическое Движение, Профсоюз трудящихся мигрантов и др. РКРП создавала РОТ ФРОНТ не только для того, чтобы перехитрить Минюст, но прежде всего для того, чтобы вобрать в орбиту своего влияния непартийные коммунистические элементы.

В отличие от зюгановской КПРФ, живущей за счёт налогоплательщиков, ежегодно получающей миллиардные суммы государственного финансирования, и партий, существующих как коммерческие проекты, РКРП и ОКП не располагают широкими финансовыми возможностями и не имеют постоянных «спонсоров», основной источник поступления финансовых средств — партийные взносы и пожертвования самих же активистов партии. Это, с одной стороны, избавляет партии от обвинений в ангажированности, продажности, коррумпированности, с другой стороны — сильно ограничивает реальные возможности осуществления уставной деятельности, пропаганды своих идей.Без сомнения, обе партии не являются искусственными образованиями, чьими-то проектами, а выросли снизу, на идеологической основе. РКРП была первой компартией, сформировавшейся на постсоветском пространстве, за полтора года до учреждения КПРФ.

Обе партии позиционируют себя как марксистско-ленинские, при этом налицо целый ряд различий как программного характера (для сверки программ в преддверии потенциального объединения была создана специальная совместная комиссия), так и стилевых, субкультурных, связанных с особенностями их становления и деятельности. Если РКРП воспринимается как компартия, тяготеющая к сталинизму, то ОКП сознательно объявила себя партией, в которой одинаково комфортно будут себя чувствовать коммунисты всех идеологических направлений (коммунистический идеологический спектр весьма широк и разнообразен). В реальности работа совместной программной комиссии, вначале буксовавшая, сейчас в основном закончена, что свидетельствует о том, что опасения из-за идеологических расхождений были сильно преувеличены. Не вдаваясь в подробности работы комиссии, могу лишь сказать, что основные сложности во взаимопонимании возникают не из-за программных расхождений, а из-за практического применения партийных программ. Кроме того, уже в ходе выработки объединительной платформы более существенными показались не программные, а уставные различия, отражающие несколько разные подходы к внутрипартийной демократии.

Не стоит отрицать реальных различий в оценках тех или иных страниц истории советского прошлого, тех или иных исторических персонажей, опыта строительства социализма в нашей стране и других странах, откуда произрастают и различия в оценках реальных и потенциальных политических союзников, разные взгляды на выбор тактических попутчиков и границы политических компромиссов. Зачастую звучат взаимные упрёки, с одной стороны — во всеядности, с другой стороны — в сектантстве. Однако, гораздо большим препятствием к объединению являются не зафиксированные программные расхождения, а различия политических традиций, сложившихся в партиях, индивидуальные трактовки отдельными лидерами и активистами партий программных положений и установок, зачастую проявления догматизма и нежелание слушать друг друга. Снять такие разногласия формально, с помощью арифметического большинства при голосовании невозможно.

Немаловажный вопрос, который каждая из партий сегодня решает по-своему — соотношение парламентских и непарламентских (применительно к внесистемным РКРП и ОКП, наверно, будет уместнее говорить об электоральных и неэлекторальных) методов борьбы. По не вполне понятным причинам РКРП, даже обладая законным правом выступать в качестве избирательного объединения (в лице РОТ ФРОНТа), зачастую пренебрегала этой возможностью (во многом именно из-за этого была лишена государственной регистрации, не пройдя через оговоренное для политических партий федеральным законодательством количество избирательных кампаний). В этом отношении РКРП является полной противоположностью КПРФ, существующей в настоящее время исключительно в качестве отлаженного электорального механизма, позволяющего поддерживать партию на плаву и обеспечивать её ресурсами.

Когда обе партии инициировали объединительный процесс, существовало опасение, что даже в том случае, если удастся снять все разногласия на уровне руководства партий, в регионах из-за неравномерности развития партийных структур, отсутствия достаточного опыта совместной борьбы, личностных амбиций процесс объединения будет стопориться. В реальности всё оказалось наоборот — на местах зачастую договориться о взаимодействии проще, а опыт политических коалиций в регионах складывается, как правило, безболезненней, чем в федеральном центре. Для того, чтобы объединение партий дало синергетический эффект, речь должна идти именно о равноправном слиянии, а не о завуалированном поглощении, о суммировании достоинств обеих структур, а не об умножении, удвоении недостатков. Неприемлем шантаж, выдвижение сторонами заведомо невыполнимых условий. По тому, чем обе стороны обуславливают объединение, можно судить о серьёзности намерений. К сожалению, иногда складывается впечатление, что у одной из сторон желание настоять на своём в мелочах сильнее общего настроя на объединение.

Не секрет, что, выступая с инициативой объединения партий, многие из нас были вдохновлены примером Непала, когда в начале 2018 года две крупнейшие и авторитетнейшие компартии страны, входящие в правящую коалицию — Коммунистическая партия Непала (объединённая марксистско-ленинская) и Коммунистическая партия Непала (Маоистский центр) — объединились в Непальскую Коммунистическую Партию. Непростой процесс объединения двух партий, которые раньше были разделены идейными противоречиями и различными методами борьбы, завершил Объединённый координационный комитет после восьми месяцев «переходного периода». Обе организации-предшественницы самораспустились, уступив место новой объединённой партии.Являясь ведущей политической партией в стране, НКП сегодня уверенно контролирует законодательную власть в центре и на местах. Ей принадлежат 174 из 275 мандатов в Палате представителей, 42 из 59 мест в Национальном собрании и большинство в шести из семи провинциальных законодательных органов. Председателями партии являются Кхадга Прасад Шарма Оли (премьер-министр Непала с 15 февраля 2018 года, бывший лидер Коммунистической партии Непала (объединённой марксистско-ленинской) и Пушпа Камал Дахал, известный как Прачанда (бывший председатель Коммунистической партии Непала (Маоистский центр). В Центральном Комитете новой партии 241 член ЦК представляет бывшую Компартию Непала (объединённую марксистско-ленинскую) и 200 — Кoмпартию Непала (Маoистский центр). Старшим руководителем НКП стал Махдав Кумар Непал, бывший премьер-министр страны. В распределении государственных постов и должностей также стараются соблюдать паритет. Но отнюдь не баланс представительства является главной проблемой в многотрудном деле объединения партий. Как сказал мне премьер-министр страны, бывший лидер Коммунистической партии Непала (объединённой марксистско-ленинской) Кхадга Прасад Шарма Оли, с которым мы встречались в Катманду в мае 2018 года, то есть сразу после объединительного съезда партий, объединить партию парламентской демократии с партией вооружённой партизанской борьбы очень сложно — различается сама природа этих объединений.

Ещё несколько лет назад две непальские компартии выясняли между собой отношения с оружием в руках, потом консолидировались в единый антикапиталистический фронт, а сегодня их представители уже работают вместе в парламенте и правительстве как единый организм.

Нам, в России, одновременно и легче, и трудней. С одной стороны, РКРП и ОКП не были поставлены в жёсткие условия вооружённой борьбы, всегда были союзниками и выступали как братские партии, с другой стороны, до завоевания власти по примеру непальских товарищей нам ещё очень далеко. Ведь реальное объединение двух близких по духу компартий произошло только после того, как они получили в свои руки всю полноту власти в стране.Перед российской оппозицией пока что стоят другие задачи. Ориентация на объединительные процессы и преодоление коммунистической многопартийности представляется единственно верной, но речь не должна идти об объединении ради объединения, особенно — ради механического объединения, не приумножающего в итоге потенциал его субъектов. Какая тактика в итоге окажется более результативной — слияние партий или консолидация коммунистических и левых партий и движений в единый фронт, покажет время — оценить это возможно только эмпирическим путём, только изнутри процесса, а не извне.

Дарья Митина, член ЦК ОКП

10 thoughts on “Преодоление коммунистической многопартийности или тактика единого фронта?

  1. Опираясь на теорию и практику прошлого советского и мирового комдвижения, начните с изучения современного общества и производства и создания на основе этих данных — ОБНОВЛЕННОЙ коммунистической теории — понятной для масс и их революционного авангарда (который тоже еще необходимо «выявить»).
    Нынешние «ком.партии» — это либо «отрыжка поздней КПСС в не лучших её «традициях», либо — примитивное калькирование западных левацких, эсдековских или маоистских образцов.
    Крайне важно ( как учил И.В.Сталин) учитывать и национальные особенности и культуру конкретной страны, конкретного народа, полит. и экон. «традиции», психологию. Например: почему в России
    всегда были непопулярны идеи «левого» реформизма и соц.-демократии ( не путать с рев. большевизмом)? А «леваков»-сектантов тянет либо
    в троцкизм, либо к союзу с либералами. Зато популярны идеи сочетания интернационализма с
    национально-патриотическими идеями (отсюда и популярность КПРФ на раннем этапе, культ Сталина
    и советской державности у значительной части общества и….молодежи)
    Скатываясь к левацкому фразерству любая подобная группа «радикалов» — обречена на поражение и неизбежно играет роль провокатора,
    той «вишневой косточки» на которой могут споткнуться рев. массы (В.И.Ленин).
    Прошедшие 30 лет (большой по нынешним меркам срок) показали, что необходима качественно НОВАЯ
    теория (используя и «хорошо забытое старое»),
    обновленная научная ФРАЗЕОЛОГИЯ, а не набор
    цитат времен Царя Гороха или М.А.Суслова. Среднее поколение (студентов и учащихся 1970-80-х гг.) от того окаменелого «марксизьма-ленинизьма» просто тошнит. как от проповедей старого глупого попа. Левацкая дребедень же — для молодых и «застрявших» в детстве — дальнейшее разочарование
    во всем и безыдейность. А для многих — поломанная жизнь.
    Определитесь в начале — к КОМУ и с ЧЕМ можно пойти, предложить конкретное, а не набор погремушечных фраз.
    Вот тогда и возможно объединение, но уже на новой
    теоретической платформе. И хватит молиться на промышленный пролетариат, которого уже давно нет. А разлагаться он начал уже в позднесоветское время. А вы не пролетариат? — учителя, врачи, ИТР,
    студенчество и др. Да и сознательные рабочие найдутся.

  2. Кстати о теории.
    И.В.Сталин (май 1941 г.):
    «Нужно развивать идеи сочетания здорового, правильно понятого национализма с пролетарским
    интернационализмом. Пролетарский интернационализм должен опираться на этот национализм. Между правильно понятым национализмом и пролетарским интернационализмом нет и не может быть противоречия. Безродный космополитизм, отрицающий национальные чувства, идею родины,
    не имеет ничего общего с пролетарским интернационализмом. Этот космополитизм подготовляет почву для вербовки разведчиков, агентов врага».
    (Дневник Г.Димитрова // Вопросы истории. 2000.№ 7 С.42.)
    Тов. Черный! Покажи это левакам-неучам из ЦК.
    В моём «прошлом» ЦК это вызывало неизбежную истерику у «блюстителей святого марксова писания»
    и у поклонников ХХ съезда.

    1. да показал бы — только оригинала немае( а дневники Димитрова, кстати, не переиздавались ли РГАСПИ? может, Реп Ни Ку — поможет?))

      1. «Дневник» Г.Димитрова опубликован полностью в Болгарии. У нас он распределялся по «особому списку» с 1972 г. среди ответственных работников 2-х Международных отделов ЦК КПСС (см.: Черняев А.С. Совместный исход.
        Дневник двух эпох, М., «Росспэн», 2008. С.5, 493-494.) Черняев А.С. — в 1970-1985 гг. — зам. зав. Международного отдела ЦК (зам Б.Н.Пономарева). В книге-отрывки из «Дневника» и авторские заметки. Публикация фрагментов из «Дневника» Димитрова в «Вопросах истории» — публикатор В.В.Марьина.
        Оригинал хранился в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Тогда у «посвященных» дневник вызвал шок — там о
        «национализации» комдвижения в Европе и ком. пропаганды накануне ВОВ. Сейчас, возможно, в РГАСПИ (если уже не у болгар).
        В моей книге также приводятся отрывки из него (1930-е гг., прочтешь-увидишь, просто в твоем тексте другая нумерация страниц, мой оригинал «ширше»). Читай — источники указаны. Этот документ — подлинник.

  3. Впрочем, Маркс очень «понадобился» работникам
    Идеологического отдела ЦК (в 1998 г., после известного заявления А.Макашова). Скрепя сердце,
    напечатали марксово «К еврейскому вопросу» ( в оригинале — «К жидовскому вопросу», 1844 г.).
    Ознакомление с такими первоисточниками, о которых им очень НЕ ХОТЕЛОСЬ вспоминать, вызвало у них расстройство. Как полезно иногда «вспоминать» классиков.
    Весь этот цирк происходил на моих глазах.
    В декабре «Правда Москвы» разразилась антисионистской статьей ЦК . Дальше — не пошло.
    Г-н Ю.Петраков всегда очень любил и очень беспокоился за свою жену…

  4. Из статьи К.Маркса «Русский заем» (1856 г.)

    «Нам известно, что за каждым тираном стоит еврей,
    как за каждым папой — иезуит. Подобно тому, как
    войсками иезуитов истребляется каждая свободная
    мысль, такой же участи подвергается и желание угнетенных; кончились бы все войны, начатые капиталистами, если бы за ними не стояли евреи,
    которые получают от этого выгоду. Не удивительно,
    что 1826 лет назад Иисус изгнал из Иерусалимского
    храма торговцев. Они были сродни современным
    торговцам, которые стоят за тиранами и тиранством.
    Большинство из них — евреи. Благодаря тому, что
    евреи окрепли, жизнь на земле подверглась опасности, и это заставляет нас разоблачить их организацию и цели, чтобы их зловонием пробудить
    рабочих всего мира к борьбе».
    (Карл Маркс. «Русский заем» // Нью-Йорк таймс трибьюн, 1856, №8).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *